Размер:
AAA
Цвет: CCC
Изображения Вкл.Выкл.
Обычная версия сайта

Статья Председателя ВЭП Ю.Б. Офицерова "Правда на нашей стороне"

	

Наш мир изменился. Это особенно стало заметно после 24 февраля 2022 года, когда началась специальная военная операция России на Украине. Маски были сброшены, и стало понятно, кто и что из себя представляет, хоть на мировой политической арене, хоть внутри нашего государства.

Но на фоне неугасающих политических дебатов вокруг спецоперации мы вступили на весьма зыбкую почву слухов, домыслов, ограниченного количества достоверных фактов и огромного поля непроверенной информации. Как во всем этом разобраться? Где правда, а где ложь? Каковы шансы на победу и где та линия, у которой следует остановиться? Что будет с экономикой и что будет с нами?

Эти непростые вопросы волнуют всех, в том числе наш отраслевой Профсоюз, его лидеров, молодых профсоюзных активистов и всех членов профдвижения. Убедиться в актуальности сегодняшней повестки легко, достаточно встретиться с коллективом энергетиков или электротехников, где острые вопросы о глобальных проблемах непременно звучат.

Давайте разбираться…   

Позволю себе заметить, что представленные суждения – исключительно моя субъективная точка зрения, построенная только на достоверной информации. Тема обширная, но я попытаюсь ответить на наиболее волнующие вопросы, вокруг которых порой развиваются нешуточные споры.

Это не санкции, это война

Действительно, против нас де-факто ведется циничная война Запада по всему фронту – политическому, финансовому, экономическому, информационному… Это не санкции, о которых многозначительно рассуждает так называемый западный ощетинившийся «цивилизованный мир», принявший против российского государства более 10 000 ограничительных мер в семи пакетах. Страны Балтии готовят восьмой. И здесь нельзя заблуждаться, потому что санкциями принято принуждать то или иное государство что-либо сделать, это инструмент убеждения в необходимости отмены какого-то действия или решения! А в нашем случае цель сформулирована открыто – уничтожение экономики России.

Война вокруг нас активно ведется по всем направлениям, но наиболее уязвимым для нас оказался информационный фронт. Здесь, надо признать, мы находимся в худшем положении, потому что основная часть действующих влиятельных и массовых информационных ресурсов оказалась в руках идеологического противника.

Именно поэтому нам принципиально важно доносить правдивую информацию до коллективов, чтобы открыто говорить о причинах происходящего, о реальной ситуации, о нашей позиции, понимая, что мы все подвергаемся обширным пропагандистским атакам извне. Вспомним, как совсем недавно на наши телефоны приходили безобидные с виду послания с просьбами перечислить деньги на лечение, помочь сыну или внуку, оказавшемуся в беде. После нанесения войсками союзных сил массированных ударов по отдельным информационным центрам на Украине звонки прекратились. Теперь всем стало понятно, кто звонил и куда направлялись деньги.

Почему мы напали первыми

Безусловно, все факты, которыми мы располагаем, говорят, что со стороны Украины при поддержке США и англосаксонского мира готовилось крупномасштабное нападение на Донецкую и Луганскую народные республики и втягивание в завязавшийся военный конфликт Российской Федерации – проверенная многократно тактика американцев. Об этом свидетельствуют, и объемы вооружений, накопленные за последние годы, и концентрация войск, и выстроенные укрепрайоны, и кратно возросшее количество артобстрелов неподконтрольных Киеву территорий, и многие другие признаки, включая нашумевшие биолаборатории.

Мы ударили на опережение.

Поучительной в данном случае может быть история, отвечающая на многие вопросы… Когда в Мюнхене в 1938 году были небезызвестные переговоры – так называемый «Мюнхенский сговор» между Италией и Германией – с одной стороны и Англией и Францией – с другой, тогда возобладала линия премьер-министра Великобритании Чемберлена. Он убедил всех, что лучше вести переговоры с фашистской Германией и попытаться договориться. Что, собственно, и произошло. Он договорился с Гитлером, а в результате только развязал крупномасштабную агрессию в Европе. Вспыхнула мировая война, и человечество заплатило за нее семьюдесятью миллионами жизней.

Была линия Черчилля, который говорил, что никаких переговоров с Гитлером вести нельзя, нужна полная зачистка нацистского режима. Представим себе на секундочку ситуацию, если бы победила позиция Черчилля! Каковы могли быть потери? Прогнозировать здесь сложно, но одно можно сказать с уверенностью: людские потери точно не исчислялись бы десятками миллионов жертв второй мировой.

Мировая история изобилует подобными примерами. И именно с учетом этого опыта мы сегодня не пошли по пути Чемберлена, не стали дожидаться вооруженного нападения, потому что, если бы оно произошло, то количество возможных жертв превосходило бы нынешние в сотни, может быть, даже в тысячи раз. Масштаб военного столкновения мог бы оказаться гораздо более серьезным и суровым. В данном случае Президент Российской Федерации принял единственно правильное решение, он предотвратил масштабное нападение Вооруженных сил Украины проведением специальной военной операции.

Специальная операция или война?

Здесь тоже возникает спор. Можно ли происходящее называть специальной военной операцией? Хотя украинские государственные пропагандисты всюду говорят, что они ведут войну с Россией, официально Украина войну нам не объявляла. И понятно почему. Нельзя назвать войной состояние, при котором Украина ежедневно получает от Российской Федерации деньги, например, за транспортировку газа по своей территории, когда продолжает действовать целый ряд экономических бизнес-контрактов, встречаются уполномоченные представители государств, в том числе конфликтующих, в третьих странах для ведения переговоров.

Между воюющими сторонами такое невозможно. Все переговоры ведутся только через посредников, никакого экономического взаимодействия быть не может. Поэтому войны нет ни с нашей стороны, ни даже со стороны Украины. Единственно, что произошло, это вместе с Микронезией – государством, состоящим из карликовых островов Океании, полностью находящихся на содержании США, Украина разорвала с нами дипломатические отношения. Но это не состояние войны, по факту – это специальная военная операция.

От немногочисленного либерально настроенного крыла нашего общества часто можно слышать распространенный за последнее время вопрос: почему мы стали действовать по всей территории Украины, а не просто защищаем Донбасс? Потому, что мы понимаем, если бы мы сосредоточили свои силы только на Донбассе – это привело бы к еще большим жертвам. С территории всей Украины наносились бы удары, подтягивалось безнаказанно оружие, в том числе стоящее на вооружении в странах НАТО, корректировалась дислокация войск. Поэтому первое, что сделали союзные вооруженные силы во время спецоперации первой стадии – это обезвредили и ликвидировали часть основной военной инфраструктуры. Сейчас войска продолжают работать над пресечением поставок оружия на Украину и освобождают новые территории. Возможность такая появилась именно потому, что проводится полномасштабная операция по всей территории Украины. Если бы мы сконцентрировались исключительно на Донбассе, на Украину бесконтрольно шло оружие, вспомогательное военное оборудование, наемники и т.д.

Бытуют на этот счет и другие, более радикальные мнения. Мол, надо полностью перекрыть все воздушные, наземные и морские каналы военных поставок на Украину прямо на границе, разрушив и уничтожив порты, тоннели, железнодорожные узлы. Думаю, такое возможно. Но здесь невольно вспоминаются недавние слова главы государства на встрече с лидерами фракций Госдумы, что «…мы-то по большому счету всерьез пока ничего и не начинали».

Демилитаризация и денацификация

Не может быть речи о безопасности Донецка и Луганска до тех пор, пока не произойдет демилитаризация и денацификация Украины. Мне представляется, что эта задача союзных вооруженных сил одна из главных. Денацификация – это искоренение в обществе, культуре, прессе, экономике, образовании, политике государства влияния нацистской идеологии. Процедура не новая, основывалась на решениях Потсдамской конференции. Многие на Западе благодаря целенаправленной русофобской пропаганде, переписыванию истории и искажению результатов Великой Отечественной войны об этом уже стали забывать…

Демилитаризация, говоря простыми словами, по сути своей – уничтожение военного потенциала государства, полное его разоружение.

На мой взгляд – вполне гуманные оправданные цели, которые предопределяют безопасность не только республик Донбасса, но и России в целом, а также создают условия не иметь у наших юго-западных рубежей неонацистского, с бандеровской местной подоплекой, агрессивного русофобского государства, нацеленного на вступление в НАТО и обладание ядерным оружием. Поэтому спецоперация только на Донбассе – это полумера, не решающая задачи денацификации и демилитаризации.

Собственно говоря, мы так жили в течение всех последних восьми лет, периодически достигая каких-то мирных соглашений, которые не выполняла украинская сторона. Потом она накапливала силы, и все начиналось заново. Для того, чтобы обеспечить нормальную мирную жизнь, и России, и Донбасса необходима полная демилитаризация, уничтожение агрессивной военной машины Украины.

С Запада стали раздаваться возгласы, что Украина может согласиться на нейтральный статус – в НАТО она не пойдет, ну а территориальные вопросы могут быть отложены на потом. Это абсолютные сказки для наивных обывателей, потому что мы понимаем цену слов западных политиков, начиная с 2014 года, когда под либеральные лозунги американских кураторов на Украине был совершен государственный кровавый переворот, о котором сейчас они уже почти не вспоминают.

Западные идеологи говорят, а им вторят украинские политики: нейтральный статус Украины в обмен на гарантии. Гарантами с их точки зрения должны выступить Великобритания, Турция и Россия. Тогда возникает вопрос: мы должны гарантировать безопасность Украины в каких границах? Крым – это Украина, Донбасс – это Украина? Пока этот вопрос не решен, ни о каком нейтральном статусе речи быть не может. На сегодняшний день в военной доктрине украинского государства официально значится, что Крым и Донбасс могут быть возвращены силой. Какой нейтральный статус может быть у государства, которое предполагает возможность силой вернуть чужие территории?!

О светочах демократии

Надо признать, в нынешней идеологической и информационной войне с Западом мы проявляем чудеса лояльности и демократии. У многих наших граждан это вызывает недоумение, а порой и объяснимое негодование. Мы спокойно, например, выпускаем за границу либерально настроенных граждан, большей частью представляющих из себя тусовочный бомонд и откровенно ненавидящих нынешнее российское политическое государственное устройство. Там этот контингент вначале по всем статьям поносит страну, а затем, не найдя средств для существования, возвращается обратно. Мы их принимаем обратно, а о потоках грязной лжи благополучно забываем…

Ее и сейчас можно встретить в эфирах некоторых средств вещания. И если говорить о закрытии ряда российских средств массовой информации, надо напомнить, что большинство из них закрылись сами. Не было никакого государственного решения о прекращении деятельности той же радиостанции «Эхо Москвы» – это было решение совета директоров холдинга. Не было никакого решения сверху о прекращении деятельности круглосуточного информационного телеканала и, одновременно, российского медиа-холдинга «Дождь» – это тоже было решение органа управления «Дождя». Точно также и с целым рядом других либеральных СМИ.

А что произошло? Просто Государственная Дума успела оперативно принять законодательную норму об уголовной ответственности за распространение заведомо ложной информации в период проведения специальной военной операции. После чего ориентированные на западных покровителей СМИ сделали заявления, что дальше они работать не могут. То есть, они признали, что все предыдущее время распространяли и собирались дальше распространять заведомо ложные измышления. Поскольку их распространять стало нельзя, то больше и вещать стало не о чем.

Таким образом, никаких официальных запретов на деятельность средств массовой информации у нас не было, за исключением случаев блокировки тех интернет-каналов, которые были признаны экстремистскими решениями судов. А на Западе, как известно, российское телевидение, целый ряд русскоязычных интернет-каналов собственного вещания давно закрыты. На Украине, например, с мая текущего года одиннадцать политических партий, включая две парламентские, официально были запрещены.

Это к вопросу о светочах демократии...

Мы должны отчетливо понимать, что Украина – это лишь один фронт нашего экзистенциального столкновение с Соединенными Штатами и их вассалами в Европе. Мы видим желание Запада максимально затянуть конфликт, потому что только при его наличии можно показывать по прикормленным каналам кадры со взрывами и ужасами войны, и не важно, что это постановочные кадры, как в нашумевшей Буче. Это позволяет безнаказанно поддерживать ту истерию в европейских странах, которая для Запада крайне необходима.

Украинский конфликт и экономика

Англичане, американцы, весь Запад свои колоссальные экономические проблемы списывают на Путина и конфликт на Украине. В Америке неслыханно подскочили цены на бензин, товары и услуги. Наш бензин в США занимает нишу в три процента, экономический кризис здесь начался еще до конфликта на Украине, но собственные просчеты сейчас стало удобно относить на последствия специальной военной операции.

Для Европы все принимаемые в отношении России экономические санкции чудовищно болезненны. Чтобы европейское общество с этими санкциями мирилось, нужно максимально затянуть саму стадию конфликта для создания соответствующего эмоционального фона. Все это достаточно хорошо видно со стороны.

Судить так позволяет даже кардинально изменившийся характер взаимоотношений Всероссийского Электропрофсоюза и двух глобальных профессиональных союзов, членской организацией которых мы были все последнее время. Мы приостановили в них свою деятельность до лучших времен, потому что в искусственно созданной не без помощи украинских представителей истерии находиться оказалось просто невозможно. Казалось бы, где конфликт, а где профсоюзное международное движение, ставящее своей целью защиту прав работников, единство и солидарность?!

Это столкновение рано или поздно должно было произойти, потому что стратегической задачей США и его союзников является удержание однополярного мира любой ценой. Россия должна была, либо покориться, либо экономически быть уничтоженной.

Главное, что сегодня производят Соединенные Штаты – это, ни гаджеты, ни технологии, ни вооружение, а доллары в качестве мирового платежного средства, с помощью которого с каждого проданного коробка спичек в любой стране мира, десятые или сотые доли процента стоимости его идут в пользу экономики США. А если говорить не о спичках?!

Для того, чтобы эту порочную систему удерживать, Западу нужно регулярно «встряхивать» мир, сохраняя свое геополитическое влияние. Вот этим они сейчас и пытаются заниматься, поддерживая всеми силами горячую фазу конфликта на Украине. Прежде была Югославия, Афганистан, Ирак, Ливия… Украина здесь играет лишь роль разменной монеты, которую не жалко даже в случае ее возможного полного краха.

Означает ли это, что мы будем воевать до взятия Вашингтона? Конечно, нет. Разрушение однополярного мира приведет к тому, что Вашингтон возьмут американские, канадские дальнобойщики и фермеры. Выстроенная на долларовом доминировании американская экономика рухнет сама. Это со всей очевидностью показал переход платежей за наши поставки нефтепродуктов в недружественные страны с долларовой валюты на рубли. Наша задача сейчас – не допустить восстановления доминирующих позиций американской валюты, после чего нынешнее политическое влияние США и Запада в целом неизбежно трансформируется.

Да, удар по нашей экономике нанесен достаточно болезненный. В какой-то мере подготовка к этому велась, но то, что на нас выплеснут такой грязный ушат мыслимых и немыслимых экономических мер, замешанных на откровенной лжи, во многом стало неожиданностью. Но этот удар не может быть смертельным, хотя бы потому, что мы самодостаточны. При столкновении финансовой экономики и ресурсной, как наша, ресурсная оказывается более устойчивой и жизнеспособной. Разрушить масштабную ресурсную экономику еще никому не удавалось.

Национализация брошенных активов

Сейчас для российских профсоюзов наиболее узкой проблемой является занятость населения. Нашей отрасли здесь повезло больше, так как электроэнергетика, относящаяся к жизнеобеспечивающей, не столь зависима от зарубежных поставок и технологий. Но в ряде секторов экономики ситуация весьма напряженная.

В Российской Федерации до сегодняшнего дня действовало порядка 30 тысяч иностранных компаний из недружественных стран. В общей сложности в них работало более двух миллионов человек. Выручка здесь за прошлый год составила 32 триллиона рублей – это в полтора раза больше годового бюджета Российской Федерации. Их балансовые активы на сегодняшний день составляют 73 триллиона рублей.

Надо сказать, что именно ФНПР первой подняла тему национализации тех зарубежных предприятий, которые приняли решение покинуть российский рынок. Правда, здесь надо говорить не о национализации, а о введении внешнего управления, как того требует законодательство о банкротстве предприятий. Почему? Потому что национализация по нашим законам предполагает выкуп активов. То есть, мы еще и деньги должны бы были заплатить зарубежным инвесторам!

Пока поправки в законодательство не внесены, вести разговор следует о введении внешнего управления в отношении тех зарубежных структур, которые приостанавливают или полностью свернули свой бизнес. В таком случае нужны обременения. Скажем, если в течение десяти дней компания отказывается от внешнего управления на условиях возобновления прежней деятельности, то, как говорится, флаг ей в руки. Но, если она этого не делает, то в течение трех месяцев осуществляется внешнее управление, после чего – продажа с аукциона на условиях, что новый владелец берет на себя обязательство сохранить как минимум две трети трудового коллектива и в течение года продолжать прежний характер деятельности.

Сама по себе угроза национализации уже сработала, потому что на сегодняшний день около половины компаний, которые намеревались уходить, заменили формулировку ухода на новую – приостановление деятельности. Для профсоюзов здесь очень важно требовать оплаты вынужденного простоя работникам не ниже двух третей среднего заработка, так как это простой по вине работодателя.

Цены, тарифы, инфляция…

Одной из чувствительных тем остается ценообразование. Ключевым показателем в этом процессе является соотношение доллара к рублю и раскручивание инфляции. В большинстве своем – это объективный процесс, но есть и субъективная его составляющая, которая зависит от аппетитов бизнеса. Например, в этом году Федеральная антимонопольная служба предотвратила картельный сговор между производителями металлургической продукции. Приняты соответствующие решения и поставлена задача сбросить спекулятивную часть цены на продукцию металлургии, чтобы предотвратить очередной виток инфляции.

В нынешнем качестве ФАС имеет возможность влиять на ценообразование только там, где есть все признаки монопольного бизнеса, как, скажем, в нашей тарифорегулируемой отрасли электроэнергетики. Но на российском рынке даже чаще, чем в монопольном, имеет место необоснованное завышение цен и стоимости услуг в немонополизированных видах деятельности. Например, в продаже потребительских товаров и продуктов питания через известные торговые сети.

Сейчас уже практически готовы изменения в законодательство, которые позволят ФАС России требовать обоснования цены в случае ее резкого повышения во внемонопольном секторе. Отдельно обсуждается тема – дать правительству право в исключительных случаях устанавливать ценовые коридоры ограничений для ряда наименований товаров и услуг на определенный период времени, по аналогии с тем, что было с лекарственными препаратами в начале пандемии коронавирусной инфекции. Секторальные ограничения в ценообразовании ничего страшного в себе не несут, они не смогут разбалансировать рынок, но будут сдерживать инфляцию и регулировать покупательную способность людей.

Тот же наглядный опыт Covid-19 показал, что порой достаточно самой угрозы законодательного применения ограничений. Когда у правительства в период пандемии появились такие механизмы, производители и посредники сами отказались от алчного завышения цен, потому что введение извне регулируемой цены дает возможность полной проверки ценообразования по всей ее цепочки. Именно тогда мы все увидели, как моментально снизились цены на медицинские маски, дезинфицирующие средства, сахар, крупы, цены на которые подскочи первоначально совсем не рыночно.

Этот механизм может пригодиться и теперь.

О лекарствах

Эмбарго на поставки лекарственных средств в нашу страну пока не введено. Все лекарства, которые завозились прежде, завозятся в нужных объемах и сейчас. Кстати, Организацией Объединенных Наций запрещено введение ограничений на завоз лекарственных средств и препаратов. Но мы понимаем с кем имеем дело! Поэтому перед Минздравом поставлена задача сформировать трехмесячный запас необходимых лекарств и медикаментов.

Целый ряд наименований импортных лекарств, которые продавались в нашей стране, не выпускались нами не потому, что мы не способны их производить, а по причине патентного права. У нас есть лекарства, патенты которых зарегистрированы на срок до 49 лет за определенной фармацевтической или торговой фирмой. Производство таких препаратов может быть налажено у нас очень быстро, но воспользоваться легально правом реализации таких лекарств мы пока не можем.

Сейчас в Государственной Думе РФ ждут своего часа изменения в законодательство, которые позволят в экстремальной ситуации игнорировать патентное право. Производство наших лекарств на 70 процентов состоит из импортных субстанций китайских и индийских импортеров. В этом отношении мы можем быть спокойны. Более того, перед уходом в этом году на думские каникулы спикер нижней палаты российского парламента Вячеслав Володин публично объявил, что около четырехсот наименований лекарственных средств уже запущены в производство у нас в стране и еще 70 запланированы к выпуску в 2023 году.

Правда на нашей стороне

Под санкциями мы живем уже восемь лет, с тех самых пор, как Крым вошел в состав Российской Федерации, но экономика государства не превратилась в руины. Предпринятые правительством меры по поддержке экономики, включающие программу импортозамещения, дали нам толчок для развития. Страна достигла определенных успехов и накопила опыт в условиях санкций.

А все ли в этом отношении сделано? Конечно, нет. И здесь очень важно открыто говорить о проблемах, иначе мы просто не сможем понять причины просчетов. Как, например, стали неожиданностью скромные достижения в области развития технологий связи пятого поколения, наша промышленность не справляется с массовым производством по оборонзаказу беспилотников, по-прежнему много проблем в тяжелом машиностроении, электронной и легкой промышленности, станкостроении, автомобилестроении…

Нынешняя ситуация дает нам шанс сделать экономический рывок. Очень хочется верить, что мы воспользуемся представленными возможностями.

На этом фоне мы всё отчетливее видим, как западный мир осуществляет подмены понятий, когда правда заменяется ложью, фейки выдаются за чистую монету, христианские ценности перестают таковыми быть, утрачиваются семейные убеждения и идеалы. Мы же по-прежнему придерживаемся традиций, заложенных нашими предками, называем вещи своими именами и говорим правду. И в этом наша сила!

 

 

Юрий Офицеров,

Председатель Всероссийского Электропрофсоюза

824